![](https://litusadba.imli.ru/sites/default/files/styles/large/public/publication/213966.jpg?itok=4gDzVSOL)
Богданова О.А. Образ рая в русской литературе 1910-1920-х годов: динамика «усадебного топоса» // Вестник славянских культур. 2019. Т. 53. С. 181-192. (Web of Science, ERIH PLUS, ВАК, РИНЦ)
В Западной Европе возникшая на рубеже XIX–XX вв. неомифологема города-сада восходила к давним урбанистическим проектам: во французской литературе — к утопическим образам «города-деревни» (Л. С. Мерсье, Ж.-Ж. Руссо, Вольтер), в немецкой культуре импульс к созданию города-сада был дан в начале XIX в. наполеоновскими войсками, разрушившими укрепления ряда средневековых городов. Однако русские писатели начала XX в., опиравшиеся на наследие «дворянской» литературы XIX в., имели, в отличие от западных, свой, оригинальный источник для развития названной неомифологемы — сельскую помещичью усадьбу, прочно вошедшую в дореволюционный быт России и ее словесность как проекция «рая на земле». Залогом успешной рецепции образа города-сада в русской культуре 1910–1920-х гг. стал «усадебный топос» как один из элементов «национальной аксиоматики», что свидетельствует о его пластичности и серьезном эвристическом потенциале, т. е. не только о принадлежности к уходившей в прошлое помещичьей усадьбе XIX в., но и о способности к созданию новых культурных модификаций, например «города будущего» В. В. Хлебникова или «города-сада» в прозе А. Н. Толстого и в советской поэзии 1920-х гг. Синтетическая идея города-сада объединила «начало» и «конец» образа библейского рая — ветхозаветный Эдем и апокалипсический Новый Иерусалим.